ИЗЮМИНКА
ПРОГУЛКА
МЕГАПОЛИС
ВЕТЕР ПЕРЕМЕН
КЛУБОК
33 УДОВОЛЬСТВИЯ
БЕРЛИНЦЫ
PROMO
Открытая сцена
Готовим с изюминкой

Новые рубрики?
Да!
Нет!





PressaRUвDE - Русская пресса (газеты, журналы) Германии.
Прогулка 
Бабочкой над Берлином Набокова  

(Размышления у мемориальной доски русскому писателю Владимиру Набокову)

 

«…Моя голова разговаривает по-английски, мое сердце — по-русски, и мое ухо - по-французски» - эти слова Владимира Набокова, согласитесь, воспринимаются с трепетом теми, кто приехал на постоянное место жительства в Германию. Конечно же, не все из нас могут похвастаться, что в семье говорили на трех языках: русском, английском, французском.

Именно знания английского языка позволили будущему классику русской литературы зарабатывать на жизнь уроками английского языка, когда в 1922 году он приехал в Берлин. Его рассказы можно было прочитать в берлинских газетах и издательствах, организованных русскими эмигрантами, под псевдонимом Владимир Сирин до 1940 года. В газете «Руль» он публиковал свои стихи.

«Я американский писатель, рожденный в России, получивший образование в Англии, где я изучал французскую литературу перед тем, как на пятнадцать лет переселиться в Германию», - всегда отмечал Владимир Владимирович, имевший два гражданства: Российской империи и США.

Владимир Набоков родился 10 (23) апреля 1899 года в Санкт–Петербурге в аристократической семье. Находясь за границей, ему удалось сохранить лучшие традиции русского языка, уберечь его от языковых нововведений социалистической революции.

Писатель совершенствовал свой авторский стиль и экспериментировал с формами произведений. Произведения Владимира Владимировича Набокова являются сегодня шедеврами русской литературы, хотя ни одно из них не было написано в России. Первыми в списке стоят «Защита Лужина» и «Приглашение на казнь», опубликованные в Берлине.

Набоков познакомил западный мир с русской литературой, перевел на английский язык «Слово о полку Игореве» и «Евгений Онегин» Александра Пушкина. А нашим детям открыл мир «Алисы в стране чудес» Льюиса Кэррола.

В Берлине писатель проживёт «серые», по его мнению, пятнадцать лет.

Назвали бы вы Бранденбурские ворота «грузными», колонны – «холодными»? Видите ли вы «мутную тошноту» в глазах берлинских чиновников? Или поражает ли вас то, что, что «берлинцы, все до единого, смотрели такими немцами»? И оставляет ли город «кислое впечатление», как утверждал Достоевский, которому даже липы не понравились, да и Берлин был для него как две капли похожим на Петербург.

Только не спешите опрометчиво соглашаться или отрицать. Набоков нарисовал свой Берлин, Берлин тридцатых, ту Германию, которая мало напоминала благожелательную крестьянскую, сошедшую со страниц Гофмана, сказку. Страна переживала последствия Первой мировой войны, трудности формирования Веймарской республики и переживала приход к власти коричневых. Такие периоды не станешь разукрашивать яркими эпитетами. Осколки старой Германии невозможно было склеить, а построить новую страну - дело не быстрое.

Берлин глазами писателя Владимира Набокова прослеживает в своей книге «Берлин Набокова» историк литературы Дитер Циммер. Немецкий публицист путешествует по городу с рассказом Набокова «Путеводитель по Берлину» в руках, проходит мимо домов, в которых когда-то жил или бывал писатель, рассматривает сохранившиеся в архивах фотографии, тем самым даёт возможность увидеть и почувствовать Берлин двадцатых – тридцатых глазами русского человека.

Так назвали бы вы сегодня Бранденбургские ворота «грузными», колонны – «холодными»? Видите ли вы «мутную тошноту» в глазах берлинских чиновников?

Шел дождь, когда я гуляла по Берлину, но город не казался «серым» и «холодным». Я посетила «искусственный рай», как называл писатель Зоологический сад, и высматривала в маленькие оконца, будто из лодки капитана Немо, как «скользят, вспыхивая плавниками, прозрачные рыбы, дышат морские цветы, и на песочке лежит живая пурпурная звезда» в берлинском Аквариуме.

Разве может так сказочно писать человек, живущий «серыми буднями»?

И тогда стало понятно, что всё дело в отношении к действительности.

Владимир Набоков чувствовал себя в Берлине эмигрантом. Владея только разговорным немецким, как утверждают исследователи, немецких романов в подлиннике не читал. Как оказалось, недостаток языкового общения омрачают жизнь и лежат в основе многих возникающих проблем. И тогда "в сыром, смазанном чёрным салом берлинском асфальте, текут отблески фонарей, в складках чёрного асфальта – лужи…".

 

У Набокова, как у писателя, были большие возможности реализовать себя. В конце 20-х годов в Берлине было около ста русских издательств, два десятка книжных магазинов, множество литературных кафе, театров, где общались на языке души. И все-таки многие исследователи творчества писателя утверждают, что Набоков не любил Берлина.

Но дело в том, что вопрос не в любви или нелюбви писателя к городу, а в тяжелом периоде жизни, когда старые корни безвозвратно истощены, а новые отрастают очень медленно и мучительно. Обретение себя в сознательном возрасте ни у кого не проходят бесследно, это известно читателям не понаслышке.

И как не любить тот город, где обретаешь счастье в лице любимого человека. А Владимир Набоков нашел свое счастье именно в Берлине! Он познакомился здесь со своей будущей женой Верой Слоним, которая подарила ему сына Дмитрия и разделяла радости и горести до смертного часа писателя. (Владимир Набоков умер 2 июля 1977 года. Вера Набокова скончалась в 1991 году).

Уехал писатель из Германии в январе 1937 года. В Брюсселе и Париже вышли его книги на французском языке, и представилась возможность начать новый жизненный и творческий этап. К тому же изменения в политической жизни Германии тревожили семью Набоковых, и уберечь любимую жену, еврейку по национальности, было долгом Владимира Владимировича.

С этого времени классик русской литературы перестаёт писать на русском языке.

И вот я стою у мемориальной доски и размышляю, что в память об одних людях называют улицы, города, корабли, а в памяти о других остаются добрые дела.

И всегда рядом с человеком дымка «мирного и беззаботного» детства, безрассудство юношества, активность зрелости. Трудно, порою, свыкнуться с мыслью, что, просыпаясь утром, ты становишься на день старше, а душа по-прежнему остаётся молодой. Необходимо прилагать усилия, чтобы поддерживать своё «струящееся Я». Каждый человек ищет и находит в себе эти силы, но «бывают ночи: только лягу, в Россию поплывёт кровать…», туда, где пестрой бабочкой в «розовой» дымке прячется детство. Не так ли?

Спрятавшись под зонтиком, я пошла следом за пестрой бабочкой, которая покажет Берлин писателя:

Egerstraße 1, 1. Stock ,
Sächsische Straße 67,
Trautenaustraße 9
Pension Elisabeth Schmidt ,
Westfälische Straße 29 c/o Cohn,
Nestorstraße 22 / 3. Stock c/o Anna Feigin

И дождь тут не помеха.

А «мимо проезжали автомобили, звонил трамвай…» («Уста в уста», Берлин, 1929 г.)

Галина Резлер

 



 

Другие статьи в рубрике «Прогулка»
февраль 2010: «Любителям истинной гармонии...»
январь 2010: «От пива к искусству»
декабрь 2009: «Зимние забавы»
ноябрь 2009: «Такие разные библиотеки»
сентябрь 2009: «По следам прусских курфюрстов»
июль 2009: «Наука движет миром»
июнь 2009: «Пляжное настроение»
май 2009: «Бункер»
май 2009: «Скандинавским шагом за здоровьем»
апрель 2009: «Другая опера»
март 2009: «ЗЕЛЕНЫЙ БЕРЛИН»
январь 2009: «Огни большого города»



Об "Изюме"
Архив выпусков
Распространение
Реклама
Контакт

Добавь анонс!
Добавить объявление
Войти в справочник
Партнерская программа
Русская пресса
Bowling Berlin







© 2005-2017 Designstudio pixelplant